articles
Главная страница » Каталог статей » беспорядки

История массовых беспорядков в СССР (2006)

Сколько раз вы слышали об «отвратительном поведении болельщиков», «страшных сценах насилия» и «кровавых бесчинствах»? Так вот, беспорядки являются одной из самых привлекательных и захватывающих сторон околофутбола!

С этим заявлением я готов встретить любые возражения и негодования. Никаких «ужасных погромов» и «вопиющиего вандализма», только «замечательные битвы» и «победные сражения».

Вся эта картина общечеловеческого бедствия, водоворота насилия вокруг футбола, создается общественными институтами, которым на руку тихий, спокойный, мирный и — главное! — прибыльный спорт. Однако, мы с вами знаем, что в стремлении превратить футбольные мероприятия в «кормушку», а сам футбол — в элитарный гольф или теннис, встречают ярое недовольство со стороны маргиналов и пролетариев, которые собственно и считают футбол своим спортом, которые за него готовы на все, которые и являются радикальными фанатами.

В моменты столкновения интересов ситуация порой накаляется до состояния острого конфликта, кульминирующего в акциях уличного или стадионного протеста и, наконец — в массовых беспорядках.

В стремлении максимально «успокоить» трибуны, бизнесмены прибегают не только к испытанным полицейским мерам, но и пытаются изменить саму игру! Ввести новейшие научные достижения, чтобы снизить риск судейской ошибки (зачем? ведь именно неудачно назначенный пенальти заставит ультрас устроить прорыв на поле!), запретить игрокам выделяться (второй Ди Канио уже вряд ли появится, ведь будущее футбола чрезвычайно корректно и лояльно), ужесточить наказания игрокам по любому поводу (минимум эмоций у игроков — минимум возможности проявить эмоции болельщикам) и т.п.

Что ж, усмирением толпы занимались во все времена, но надо помнить, что эмоции на футболе — это квинтэссенция проявления общественной позиции, это рефлексия на социальные процессы, происходящие в настоящий момент. Почему-то я ни разу не слышал, чтобы яростно схлестнулись на поле норвежские нефтедобытчики. Зачем? У них и так все в шоколаде — посмотрите на социально-экономические показатели в Норвегии и поймете, о чем я. Беспорядки в основном имеют под собой социальный контекст, в чем мы сейчас и убедимся.

В современной России есть вся почва для массовых политических и социальных протестов. Мешает только рабское сознание, веками укоренявшееся в плебеях полицейским государством. Однако, даже в эпоху тотального коммунистического правления, случались невероятные всплески массового сознания! Тут уж хотите верьте, хотите нет, но все нижеизложенное — чистая правда!

Итак, неужели в Советском Союзе, самом едином и могучем государстве, где народ и партия едины, могли быть массовые беспорядки? Большинство населения и по сей день считает, что это было самое тихое и чинное время в истории нашей великой страны. После сталинских репрессий и тяжелых лет войны никто и пикнуть не смел поперек действующей власти. Однако это не так. Недовольных хватало во все времена. И не только по ту сторону проволоки.

Надо сразу заметить, что все факты, как-то позорящие советскую власть, всегда тщательно скрывались. Вспомните, когда стало известно о наследии мрачного дня 20 октября 1982 г.? То-то же... Любое упоминание о человеческих смертях в массовом количестве находило свое отражение лишь с сводках КГБ и скрывалось в недрах государственых архивов.

Лишь недавно истек срок секретности некоторых документов Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ), в том числе фонда Секретариата МВД СССР, Главного управления милиции, надзорного производства Генеральной прокуратуры СССР по статье 79 УК РСФСР, которая предусматривала уголовную ответственность за организацию массовых беспорядков, сопровождающихся погромами, разрушениями, поджогами и другими подобными действиями, а также непосредственное совершение их участниками указанных выше преступлений или оказание ими вооруженного сопротивления власти. На основе этих бумаг В.А.Козлов написал любопытную монографию «Массовые беспорядки в СССР при Хрущеве и Брежневе» («Сибирский хронограф», 2006). В ней автор дает первую попытку осмысления уникальных социальных явлений — массовых беспорядков в тоталитарном государстве.

В книге переработан значительный объем материала, который позволяет по-иному взглянуть на новейшую историю России. Подробный рассказ ведется не только об известном расстреле в Новочеркасске или стачке в Тбилиси, но и о стихийных бунтах и погромах. Все беспорядки условно разделены на три типа: межгрупповые конфликты, конфликты между властью и населением, этнические и национальные конфликты. Мы же рискнем добавить к этому и околофутбольные конфликты, и остановимся на некоторых «черных» для советской власти страницах.

Околофутбольные беспорядки являлись в СССР подвидом конфликтов между властью и населением. Почему так, станет ясно по мере развития мысли. Пока же мы исходим из тех событий, которые окружали эти самые побоища. Причем речь здесь идет не о драках 80-х, которые шли между фанатами и уже были некоторым образом спланированы и организованы, а о потасовках с милицей в 40-60-е годы.

Уже скоро исполнится ровно 60 лет первым футбольным беспорядкам в России! Есть обрывочные сведения, что еще в царское время, после выходных забав, основу которых составляли велогонки, некоторые поклонники нового вида спорта — футбола — сходились в драках. Однако нет оснований считать это результатом проведения спортивного мероприятия. Футболисты тогда были в диковинку, игра не прошла институционализацию в стране и смотрелась, как «потешное выступление». Отсюда и драки были исключительно результатом хорошего отдыха на свежем воздухе. А какой же отдых без мордобоя? Да еще на какую-нибудь Масленицу.

А вот первая драка на стадионе произошла... в Сталинграде! В героическом городе, в послевоенное время сталинградский Трактор был олицетворением стойкости и мужества: вернувшиеся с фронта футболисты не растеряли мастерства и показывали класс на газоне. И случилось им 15 мая 1947 года принимать команду ВВС. Гости были вне себя от игры сталинградцев и решили вытянуть очко во что бы то ни стало! Их поведение стало крайне отвратительным: летчики стали зачинщиками нескольких рукопашных схваток на поле. Судья с трудом успокаивал команды, а накаленная обстановка на поле передалась и зрителям. Стадион был битком, поклонники заводской команды горой стояли за своих любимцев, и вот уже в футболистов ВВС с трибун полетели все имеющиеся подручные средства: бутылки, камни, продукты, прочая дрянь. Судья быстро сориентировался и дал свисток к концу матча, под общее улюлюканье футболисты команды-соперника стремительно скрылись в раздевалке. В итоге матч был прекращен за семь минут до истечения основного времени.

История умалчивает о том, что стало с «нарушителями порядка». Нет сведений об арестованных и понесших наказание. Однако факт беспорядков засвидетельствован любителями футбола и пока еще живы некоторые очевидцы событий. Разумеется, что в протоколе матча вы не найдета и следа упоминаний об этих событиях.

Кстати, именно в это время начинается волна массовых восстаний, которыми будут полны 50-е годы ХХ века. Примерно в конце 40-х гг. в самом вольнодумном регионе России — в Сибири — прошла серия массовых выступлений антиправительственного характера. По устным свидетельствам некоторых фронтовиков, народ шел против власти, изможденный сначала тыловым трудом, а потом условиями жизни. Восстания проходили в лагерях, народ выпускали из зон. На усмирение Сибири были брошены танковые и авиационные войска. Упоминать про это было строго запрещено не только в сталинской России, но и в более спокойные времена.

Примерно в это же время поднимается волна «рабочих» восстаний. Началось все зимой 1951/1952 года в городе Новомосковске Тульской области (тогда еще Сталиногорск). Рабочие устроили стачку, были столкновения с силами внутренних войск. В результате рабочих разогнали, начальство завода и сталиногорских активистов посадили.

Но беспорядки продолжались. В той же Тульской области, в сентябре 1953 в поселке Липки вспыхнула массовая драка между молодыми рабочими строительного управления «Тулшахтострой» и рабочими «Тулшахтостроймонтаж», закончившаяся не только обычным погромом, избиениями, но и стрельбой. Тут уже сыграла свою роль элементарная политическая и бытовая неустроенность, о которой мы и поведем далее речь.

С новой силой после смерти И.В.Сталина вспыхнули массовые потасовки и беспорядки, в 1953-1959 гг. насчитывается около 40 свидетельств о массовых волнениях, беспорядках и бунтах. «Либеральный коммунизм» Н.С.Хрущева ознаменовался т.н. «целинно-новостроечным синдромом», который впитал в себя не только набор лучших средств пролетарской агитации и романтики, но и стал следствием постгулаговских проблем в политике и идеологии страны.

Чтобы форсированно освоить целинные земли и поднять экономику страны, правительство тогда решило, в лучших традициях, привлечь дешевую и неквалифицированную рабочую силу. И чем больше, тем лучше. Как иначе было поднять экономику государства, потерявшего тридцать миллионов в войне при отсутствии массового принудительного труда, который лежит в основе трудовых подвигов раннего сталинизма?

В итоге было принято решение набрать молодых горячих комсомольцев, стройбат и лиц, мобилизованных через военкоматы для работы в промышленности. Тут уже, как пишет В.А. Козлов, «напряженность социоконфликтной ситуации определялась прежде всего массовыми миграционными потоками молодежи, вырванной из привычной среды обитания и вышедшей из-под обычного контроля семьи и локальных обществ». Ведь по сути, наша с вами агрессия на выездах есть ни что иное, как следствие смены социокультурной среды и довлеющих инстутутов. Быстрая и пьянящая вольница.

Так вот комсомольские энтузиасты, прибыв на место работы, наблюдали отсутствие элементарных удобств, зачастую даже крыши над головой, нормальных условий труда, низкую заработную плату и, наконец, массу пустого, ничем не занятого свободного времени. Длительные хозяйственные и бытовые неурядицы сильно выматывали молодых людей, и с какого-то момента в их представлении весь этот беспорядок начал связываться с бюрократией, с полным пренебрежением к людям и злоупотреблениями начальства.

Вот тогда молодежь и становилась агрессивной, неуправляемой толпой, восстанавливающей, по ее мнению, попранную социальную справедливость. Глубокая неудовлетворенность находила выход и во внутренних конфликтах, сильно разлагающих группы, и в межгрупповых столкновениях, когда выплескивалась накопившаяся агрессивность. Все это характерные черты любого социального конфликта между рабочими и властью, который стал причиной череды беспорядков.

Буквально с самого начала кампании по вербовке молодежи на освоение целины в ЦК КПСС стала поступать информация о конфликтах новоселов и их стычках с местным населением. Разумеется, все проходило под грифом «Секретно».

Много сообщений встречается о беспорядках в Казахстане. Весной 1954 года в совхозе «Казцик» Акмолинской области произошла стычка между прибывшими комсомольцами и местными рабочими, закончившаяся поножовщиной и смертью одного человека. Уже осенью опять пьяный дебош, массовая драка с поножовщиной, в результате чего милиционерам на ж.д. станции Купино пришлось применять оружие. В середине 1955 года серьезные беспорядки в совхозе «Пятигорский» Акмолинской области, в июле 1956 — беспорядки среди армянских рабочих, ехавших на уборку в Кустанайскую область, из-за отсутствия продуктов на станции Оренбург. Зимой 1957 — погромы на станциях, организованные учащимися техникумов, возвращавшимися с уборки хлопка в совхозах Узбекской и Казахской ССР.

Постепенно цепь беспорядков захватывает всю страну. Уже идут сообщения с Урала, из Сибири и Европейской части. Уборочная страда 1958 года ознаменовалась дракой с участием около четырехсот человек в городе Тайга Кемеровской области, погромы и массовые драки в Комсомольском районе Сталинградской области, убийства и поджог барака в Кытмановском зерносовхозе Алтайского края, пьяная драка между прибывшими на уборку шоферами и местным населением в селе Астраханка Акмолинской области.

Кульминацией «новостроечных» беспорядков явились события в Темир-Тау в 1959 году. Туда на строительство Карагандинского металлургического завода из разных республик СССР прибыли тысячи (!) молодых ребят в возрасте 17-20 лет. Но не было ни достаточного числа палаток, ни белья и рабочей одежды, даже питьевой воды! Отвратительно работала столовая, негде было помыться и постирать. И вдобавок не был подготовлен фронт работ для такого количества рабочих рук, рабочие вынужденно бездельничали, а зарплата оказывалась значительно ниже прожиточного минимума. И здесь была одна важная особенность — катализатором дальнейших событий стала группа молодежи, приехавшая из мест заключения. Они очень скоро стали вожаками, «навязывая остальным стандарты подчинения неформальной групповой иерархии и законам круговой поруки».

В результате когда в очередной раз после работы в палаточном городке Темир-Тау не оказалось воды, толпа молодых рабочих, подстрекаемая главным «мобом», двинулась к городскому отделу милиции. Беспорядки имели широкий масштаб: молодежь перевернула и разбила милицейскую машину, забросала горотдел камнями и палками и устроила настоящий погром. К утру 2 августа волнения улеглись, в городок приехали управляющий строительством и секретарь горкома КП Казахстана. Они провели собрание, выслушали замечания и требования рабочих и пообещали «принять меры». Но уже вечером беспорядки вспыхнули с новой силой из-за того, что в палаточный городок привезли... розовую воду (тогда марганцовкой проводили стерилизацию). Толпа возмутилась, и, возглавляемая стихийными лидерами, двинулась к отделению милиции. Здание охраняли солдаты, которые стали стрелять холостыми в толпу, но нападавшие ворвались на первый этаж и устроили погром.

В 12-м часу ночи большая толпа разгромила здание треста «Казметаллургстрой», а потом совершила налет на универмаг. В результате десять человек из нападавших были убиты и пять ранены, ранены одиннадцать солдат и работников милиции.

В это время грабится склад взрывчатых материалов, захвачены винтовки, взрывчатка, разграблены палатки на городском рынке, подожжены столовая и овощной ларек. 3 августа беспорядки продолжались, толпу удалось разогнать только к 12-ти часам дня, и в этот день потери были очень значительны.

Всего в сражениях по оценкам КГБ получили ранения 109 солдат и офицеров, в том числе 32 — из огнестрельного оружия, захваченного повстанцами. Среди участников беспорядков были убиты 11 и ранены 32 человека. Органы милиции задержали 190 человек, подавляющее большинство — недавно прибывшие на стройку рабочие.

Другие случаи волнений неизменно связаны с бытовым неустройством. Зачастую начиналось все с бытового конфликта, а постепенно перерастало в «все на все». Кое-где можно было увидеть «кондопожский» и «вольский» сценарии, где объектом агрессии было «приезжее» население в лице военных строителей.

В городе Чарджоу, например, пьяный конфликт солдат танкового полка с учащимися местного фельдшерского училища привел к побоищу, в котором пострадали 17 человек. С массовыми погромами и жертвами среди солдат и местного населения проходили беспорядки в Нижнем Новгороде (тогда Горький), сентябрь 1953 г.; в селе Уречье Бобруйской области, октябрь 1953 г., в Перми, август 1958 г., в Бурят-Монгольской ССР, декабрь 1958 года.

Гораздо более ожесточенными были «железнодорожные» волнения военнослужащих. Только в 1953 году прошло 4 столкновения с драками, погромами и стрельбой. 30 апреля 1953 года рота солдат Ленинградского района ПВО были отправлены из Ленинграда на станцию Алакурти Кировской железной дороги. Пьянство и драки начались еще на Московском вокзале, а на станции Волховстрой милиция арестовала нескольких особенно агрессивных военнослужащих. В ответ пьяные солдаты принялись отписывать товарищей, милиция открыла огонь по толпе — два солдата были убиты, четверо ранены.

Такой же сюжет — погром на станции, избиение граждан, работников железной дороги и милиции произошли на станции Элесенвара Октябрьской железной дороги, станции Хабаровск, станции Баржава Закарпатской железной дороги. Еще четыре подобных эпизода произошли в 1954—1959 гг.

Большое беспокойство властям доставляли не просто факты столкновений, а то, что повстанцы очень быстро становились группами с неформальной полукриминальной самоорганизацией. Причина этого кроется в том, что первыми высказывали недовольство солдаты и бывшие зеки, которые наводили привычные порядки и мобилизовали массы.

Таким был строительный батальон в городе Усолье-Сибирское, где из 650 солдат половину составляли военнослужащие, имевшие дисциплинарные взыскания. Батальон отметился крупным восстанием. В городе Кстове Горьковской области в пьяной драке с местными жителями, продолжавшейся четыре часа, приняли участие около 200 солдат и 150 рабочих. В итоге 30 человек пострадавших и разгромленные общежития.

Стройбатовские волнения в январе 1955 года в городе Молотовске Архангельской области закончились стрельбой вооруженных солдат по безоружной толпе рабочих. В Барнауле в августе 1954 года противостояние местных рабочих стройбатовцам привело к тому, что рабочие, сметя кордоны милиции, прорвались к казармам и начали погром. А солдаты, прорвавшись в город, устроили погромы жилых домов. В результате из пострадавших 22-х солдат пятеро впоследствии скончались.

По другому сценарию развивались волнения, перераставшие в прямую агрессию против представителей власти. Таким стал конфликт в июле 1953 года в городе Рустави Грузинской ССР. Группа пьяных солдат стройбата дебоширила в поселке, и когда пронесся слух, что кого-то забрали в милицию, солдаты бросились на штурм оперативного пункта и избили двух милиционеров. В ответ прогремели выстрелы, один человек был ранен, а прибывшие для восстановления порядка милиционеры были избиты и обстреляны. Беспорядки смогли подавить только утром следующего дня.

Иногда в погромах проглядывался прямо-таки гангстерский сценарий. В Каменской области в марте 1955 года накалявшаяся обстановка разразилась погромами и поножовщиной в поселке Шолоховка; драка и самосуд над двумя зачинщиками в поселке Самбековские Шахты, побоище в поселке Гуковка, в результате которого три солдата-узбека были убиты, а 48 получили телесные повреждения, — все эти события являлись по сути «выяснением отношений» разных местных диаспор. Причиной, однако, опять стоит считать бытовую неустроенность и отсутствие внимания к проблемам со стороны вышестоящих должностных лиц.

Показательными были события в Климовске в мае 1955 года. Местные хулиганы затеяли пьяную драку с рабочими-азербайджанцами. Поначалу милиция пыталась защитить строительных рабочих и разогнать толпу. Однако, подогретые выкриками «бей чучмеков», к толпе хулиганов начали присоединяться городские обыватели. В течение нескольких часов охваченная яростью толпа неоднократно врывалась в общежитие строителей, разыскивала не успевших укрыться азеров, избивала лопатами, молотками, табуретками, камнями. Шесть рабочих были выброшены на улицу со второго этажа и там забиты до смерти. Лишь к ночи дополнительные воинские наряды справились с толпой.

Любопытно, но только один конфликт — Кемеровская стачка — представлял собой социально осмысленный протест против несправедливого решения власти. Совет Министров СССР принял тогда секретное постановление о продлении на полгода срока работы строителям, демобилизованным в свое время из строительных батальонов и переданных на строительство двух заводов и Новокемеровского химического комбината. В течение двух дней, с 10 по 12 сентября 1955 года, рабочие вели переговоры с управляющим трестом и другими представителями администрации о сроках своей демобилизации. На третий день толпы рабочих, получив от начальника Сибстроя разъяснение, что срок им продлен на полгода, силой принудили управляющего написать приказ об их демобилизации. В результате осады здания треста и нескольких столновений с милицией, рабочие выстрадали свою победу — они получили приказ о демобилизации, соответствующий ранней договоренности.

Что же до футбола, то вот лишь небольшой список матчей, которые были прерваны из-за массовых беспорядков: Торпедо Москва — Динамо Тбилиси (1953), Спартак Ереван — ОДО Свердловск (1955), Динамо Киев — Торпедо Москва (1956), ЦСКА Москва — Динамо Киев (1960), Динамо Тбилиси — Спартак Ереван (1961); Торпедо Кутаиси — Пахтакор Ташкент (1970). Во всех случаях имели место столкновения с милицией и военными, попытки прорыва на поле, град бутылок, погромы стадиона и особенно подтрибунных помещений и т.п. Кое-где были массовые увечья, смерти и тюремные заключения.

Очень тяжело искать информацию на такую щекотливую тему, однако старожилы футбола все же припоминают подобные факты. В самом первом указанном случае, например, имела место судейская ошибка. Матч был очень напряженным — в случае победы Торпедо чемпионом Союза становился московский Спартак, поэтому его болельщиков было даже больше торпедовских. И вот в результате чрезвычайно напряженного поединка тбилисцы забивают гол после того, как мяч вышел за лицевую линию – 1:2! Арбитр отменять гол не стал, его обступили игроки обеих команд, завязалась небольшая буза. На трибунах же страсти кипели вовсю! Болельщики жаждали справедливости, и после матча недовольные прорвались под трибуны, чтобы линчевать судью. Игроки спрятали его в собственной душевой, поэтому толпа лишь погромила стадион и ушла ни с чем. На следующий день состоялась переигровка по апелляции — «Торпедо» выиграло — 4:1, и «Спартак» стал чемпионом.

В Киеве, в 1956-м году уносить ноги пришлось уже футболистам Торпедо. Тогда эта блистательная команда наголову разбила местное Динамо, и недовольная толпа хлынула на поле. Все стремились наказать обидчиков из Москвы. К счастью, футболисты по-спортивному резво добежали до своих раздевалок и успели забаррикадироваться там. На поле тогда остался лишь вратарь Альберт Денисенко, уверенный, что хохлы хохла не тронут. Лишь спустя некоторое время его, сильно избитого, милиционеры довели до раздевалки.

Особняком стоит ленинградский матч 14 мая 1957 г. Зенит — Торпедо Москва. Культурную столицу тоже коснулись общественные изменения середины 50-х. Отмена выигрышей по облигациям гос.займа, массовое возвращение из лагерей, волюнтаристское начальство на заводах, недавние события в Венгрии, провальное начало выступлений Зенита в чемпионате. При всех этих факторах на стадионе им.Кирова собирается аншлаг — 100.000 зрителей! — на матч с сильнейшей командой того времени, московским Торпедо.

Кудесники мяча не оставили камня на камне от ленинградцев — 1:5! — и зрители уже негодуют. Один человек неторопливо спустился с трибуны, прошел мимо пары скучающих милиционеров и легко подбежал к воротам Зенита. Там он спокойно снял пиджак, положил его за воротами, а сам подошел к вратарю, В.Фарыкину, и, деловито похлопав его по плечу, предложил поменяться местами. Судья заметил разминающуюся «замену» и остановил игру. Футболисты заулыбались, стадион просто лежал от хохота.

К человеку, сломя голову, бросились зазевавшиеся милиционеры, и грубо и жестоко заломали ему руки. Даже на трибунах было слышно, как человек закричал от боли. После этого мусора повели продолжавшего кричать и корчиться от боли человека вдоль трибун в сторону расположенного за футбольными воротами тоннеля, где было помещение милиции. По дороге ему разбили в кровь лицо об бетонную стенку стадиона. Трибуны, видевшие все это, возмущённо загудели. Кто-то крикнул с сектора: «Разве ж так можно?». На что милиционеры ответили: «Будешь кричать — сам туда же отправишься!» Разгоряченные трибуны взревели, на головы милиционеров посыпались проклятья и отборный мат. Кое-кто начал швырять бутылки.

Через пару минут судья дал финальный свисток и футболисты направились с поля в сторону того же тоннеля в раздевалки. В этот момент с трибун сорвалось порядка полутора сотен человек и, прорвав хилое оцепление, бросилось вдогонку за уходящими футболистами. Некоторые милиционеры пытались преградить им путь, но только еще более разозлили толпу. Кончилось все тем, что и милиция вынуждена была беспорядочно бежать к тому же тоннелю. Толпа на поле стремительно росла, бутылки продолжали лететь с трибун. Болельщики, раздосадованные результатом матча, разгневанные беспределом милиции, изрядно подогретые свободно продававшимися в то время на стадионе спиртными напитками, обрушились на них. Говорят, тех, кто не успел добежать до спасительного тоннеля, просто растерзали.

Футболисты бегом влетели в свою раздевалку, не успели даже раздеться, — вбегает кто-то из администрации: «Ребята, там такое началось! Быстро отсюда в соседний корпус на 2 этаж!». В это время толпа взломала двери подсобки и вооружилась найденными лопатами, граблями, ломами. Другая часть толпа штурмует ворота, отделяющие внутренний дворик стадиона от площади. Ворота были металлические, наглухо закрытые, их принялись штурмовать ломами и металлическими решетками.

В здание корпуса полетели камни, футболистам и персоналу был отдан приказ прятаться между оконными проемами. Все стекла были перебиты. Оба автобуса футболистов во дворе стояли, так на них с открытой галереи над корпусами сбрасывали декоративные металлические вазы, каждая по 150-200 кг. К крикам: «Бей футболистов! Бей паразитов!» начали примешиваться не менее яростные вопли: «Бей милицию!», а один человек, вроде как кричал: «Даёшь вторую Венгрию!»

По громкоговорителям на стадионе несколько раз прозвучал призыв разойтись и покинуть стадион. Некоторые так и поступили, но большинство, даже не принимая непосредственного участия, осталось глазеть, радостно свистя и улюлюкая — милицию бьют! Да и как могли быстро разойтись 100 000 человек?!

Через некоторое время на стадион начали прибывать машины скорой помощи, на которые стали грузить покалеченных милиционеров, не успевших укрыться за воротами. Есть сообщения, что один капитан был при смерти. Так толпа не выпускала кареты с территории стадиона, раскачивала, пытаясь перевернуть, а одну просто втолкнули обратно.

На подмогу милиции прибыли курсанты расположенного неподалеку военного училища. Они классически сомкнутым строем пошли на толпу, размахивая снятыми ремнями с металлическими пряжками, но сразу же попали под град камней и кусков плит облицовки. Без защитного снаряжения многие получили серьезные ранения, строй нарушился и был рассеян. Прибыли пожарные с водометами, но им сразу же с гоготом ухитрились продырявить рукава.

Наконец, когда многие уже успели разойтись, оставшейся толпе перед тоннелем удалось сломать ворота, и в тоннель хлынул народ. В этот момент раздались выстрелы. Люди в тоннеле бросились ничком на пол. Мгновенно из внутреннего дворика вылетела милиция, хватая подряд всех, кто попался под руку. Кто-то бросилися вон из тоннеля, возникла ужасная давка.

Стадион стремительно пустел. За его пределами разбегающихся людей без разбора хватали прибывшие на подмогу оперполк милиции и солдаты. Это была уже серьезня бойня... Хватали всех подряд, жестоко, с побоями, отрывались за пережитый позор...

После зачистки территории стадиона началась массовая зачистка Парка Победы, куда со стадиона поначалу потянулся «лечить душу» народ. Милицейские фургоны были до отказа забиты задержанными. Многие были невиновны, или даже вообще не присутствовали на самом стадионе. В майский вечер Парк Победы, естественно был наполнен гуляющим народом...

Первоначально погром длился около часа, еще полтора часа милиция устроила свою версию беспорядков. Естественно, в прессе об этом событии не было сказано ни слова. Город гудел и полнился глухими слухами. Лишь спустя где-то месяц, в одной из ленинградских газет появилась статья о том, что зачинщики прошедших беспорядков осуждены. Как проходил процесс, объяснять не надо. К слову, в материалах дела фигурирует эпизод как один болельщик, инвалид, избил куском трубы двух здоровых ментов. В общем вся эта притянутая за уши пидерсия нам знакома.

К началу шестидесятых годов напряжение в обществе пошло на убыль. Стабилизировалось экономическое положение страны. Трудовые призывники, вышедшие из мест заключения, осели в новостроечных городках и поселках в Казахстане, Сибири и на Дальнем Востоке, основав криминальные центры, часть осталась в стройбате и принесла в Армию замечательное явление — «дедовщину». Комсомольские активисты закончили свою героическую деятельность, бывшие заключенные ГУЛАГа ассимилировались. И вообще граждане привыкли к неожиданно пахнувшей «свободой», поняли новые правила, стали отличать, что можно, а что нельзя.

Однако нельзя говорить, что ситуация полностью нормализовалась, а застойные брежневские времена были столь же тихими, как поступь и дыхание вождя. 1964 год, волнения в Нальчике. На центральном рынке убили милиционера, и стоящая в городе танковая часть окружила рынок танками, власти с трудом удержались, чтобы не вводить ввойска для подавления волнений. 1981 год, волнения в Орджоникидзе (сейчас Владикавказ), после бытовой драки беспорядки перекинулись в город, после подавления задержанных развозили по всему Северному Кавказу, т.к. местняя тюрьма уже была забита битком.

Да и конец 70-х годов ознаменовался началом сильных репрессий против первых футбольных фанатов Спартака, ЦСКА, Зенита. Запрещалось иметь атрибутику любимой команды, поддерживать ее, приносить на стадион посторонние предметы. Вот, например, какое письмо легло на стол в мае 1976-го начальнику 135 отделения милиции:

«Дорогой товарищ!

Здравствуйте!

Это письмо пишем мы, ребята, которые болеют за любимый «Спартак». Дорогой начальник отделения, может вы объясните свои действия через эту авторитетную газету [«Спортивная Москва»]: почему вы нам не разрешаете болеть, кричать и поддерживать эту команду? Почему ваши подчиненные выводят нас за то, что на нас значок или шапочка с изображением ромбика с буквой «С». Мы обращались во многие организации и газеты, посылали снимки, как «хозяева» стадиона выводили ребят за то, что они поддерживали свою команду... Мы очень надеемся, что через газету вы нам дадите твердый ответ и не будете говорить, что эта категория болельщиков кидает бутылки и что они все до единого душевнобольные...

В редакцию: если вы хотите сначала проверить, то мы сидим, точнее кочуем по Южной трибуне Центрального стадиона имени В.И.Ленина.

(38 подписей, 14/5-76г.)»


Типичная ситуация для того времени, хорошо описанная в Ultras News. Мордобой на стадионах не прекратился, но сведения о событиях 70-х годов крайне обрывочны. Были беспорядки на стадионах в Кутаиси, Тбилиси, Киеве, Владикавказе, Туле, и памятное побоище 1977 года в Волгограде, о котором novita писала в прошлом номере.

Наконец, в 80-е уже происходят первые драки в противостоянии Спартак — ЦСКА, столкновения фанатов в Киеве и Вильнюсе. Но это уже другая история — околофутбольная, которая к тому же неоднократно рассказана в популярных фанзинах. Я же хочу в заключение сказать, что беспорядки были всегда, даже если мы об этом не знаем. И даже в таком тоталитарном государстве, как СССР была своя «Бразилия» или «Аргентина», причем неоднократно. Просто сейчас люди стали ленивее, трусливее, нет той образованности и целеустремленности, которая была в советских гражданах и которая вела их в бой.

Плебей не может быть фанатом! Растите над собой и помните, что жизнь — это борьба!

krnr, декабрь 2006 г.
Категория: беспорядки | Добавил: rfg (24.03.2009) | Автор: krnr
Просмотров: 2259 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 3.5 |
Комментарии
Всего комментариев: 1
1  
Насчет беспорядков в Сталиногорске в 1951-1952 гг. лично я знаю от матери, которая в это время работала на Сталиногорском гипсовом руднике.

Имя *:
Email *:
Код *:
Хостинг от uCoz